DERUSDEUTSCH

Режиссер фильма «Время»: «Рассказы героев не воспринимаются как чужая боль»

Режиссер фильма «Время»: «Рассказы героев не воспринимаются как чужая боль»

Максим Гольдберг
Фото:
из личного архива

Одним из фильмов «Недели кино российских немцев» в этом году стала документальная картина «Время» – история о депортации, о трудовой армии, о спецпоселении и сегодняшней жизни алтайских немцев. Премьера фильма состоялась в Барнауле 28 августа, а сегодня уже тысячи россиян посмотрели историю, рассказанную режиссером Максимом Гольдбергом. Мы встретились с ним и поговорили о создании картины, о сильных духом героях, о воспитании молодого поколения и о «задумчивой» документалистике.

RD: Максим, как возникла идея фильма?

М.Г.: Нам предложили снять документальный фильм. Наш оператор Андрей Шаповалов уже лет 20 сотрудничает с Российско-немецким домом в Барнауле (сегодня: «Центр культурно-делового сотрудничества „Немцы Алтая“»). Мы давно работаем вместе – Андрей, Алексей Любар, наш сценарист, и я. Так у нашей команды появился новый проект, за который мы с радостью взялись. Нам нравится «задумчивая» документалистика, рассуждения героев и отстранение от авторского «я». Фильм как раз в этом жанре.

RD: То есть главное место занимают люди, а картинка уходит на второй план?

М.Г.: Да, все верно. Хотя технически очень сложно удержать внимание зрителя при этом. Одно дело, когда ты снимаешь небольшое интервью на пару минут, и совсем другое, когда в кадре только один человек и его рассказ в течение 30–40 минут. В наш век на экране все должно мелькать, каждую секунду нужно зрителя удивлять. Картинка в кино должна меняться быстро, и редкий режиссер сегодня противится этому тренду. С нашей стороны это был, конечно, рискованный шаг. Насколько он оправдан, решать зрителю. В жанре «задумчивой» документалистики сегодня работают режиссеры National Geographic и Discovery. В настоящее время так снимают немногие, хотя приемы эти известны давно.

RD: А что появилось раньше во «Времени» – сценарий или герои?

М.Г.: Изначально у нас была только идея – рассказать историю через призму людей. Посмотрев накануне несколько документальных фильмов о российских немцах и уже сняв нескольких героев, я понял, что не хочу использовать хроникальные кадры в фильме. Перекрывать эмоциональные рассказы людей хроникой – грех с нашей стороны.

Наши герои с очень сильными историями, и у нас была задача показать их. Основная сложность была именно в поиске людей. Многие герои появлялись уже в процессе съемок. Снимаем одну семью, а нам говорят: «Да вот по соседству живет семья с такой же историей». Знакомимся, разговариваем, снимаем и их.

RD: Максим, Вы не использовали хроникальные кадры, но у Вас есть фотографии в фильме. Это из архивов?

М.Г.: Это фотографии из семейных альбомов героев нашего фильма. Когда мы знакомились, разговаривали, всегда просили показать снимки. Все фотографии в фильме – это личные истории. Получилась очень точная и целостная картина про людей и их непростые судьбы.

RD: Как шла работа над фильмом? Как он собирался?

М.Г.: Повторюсь, была идея – показать историю через призму людей. Сценарий на первом этапе был бессмысленным, мы ведь не художественный фильм снимали. Мы могли только предполагать, как будет развиваться сюжетная линия. Когда отснят материал, тогда можно приступать к сценарию, но не гнуть свою линию, а взять за основу истории героев. В середине июня мы взялись за сценарий, написали его за две недели. Когда Алексей дописывал сценарий, я уже параллельно сел за монтаж.

Монтирую фильмы всегда сам. Потом, когда мы все вместе смотрим черновой вариант фильма, могут появиться правки и дополнения.

RD: Когда вы начали работать над фильмом?

М.Г.: Обсуждение началось в апреле. В мае, когда стало зелено, мы приступили к съемкам. У нас было 3–4 больших выезда по Алтайскому краю. Старались снять как можно больше, заехать в разные села и деревни, которые расположены по одному маршруту в 300–400 км от Барнаула. Снимали Алексей и Андрей, а когда мы вместе отсматривали материал, то дорабатывали некоторые идеи и доснимали после.

RD: География съемок – Алтайский край. А где именно снимали?

М.Г.: В Немецком районе, конечно. Еще в Косихинском, Заринском, Алтайском, Славгородском и Михайловском. И в Барнауле.

RD: У депортированных советских немцев очень похожие судьбы. Вы встретились со многими людьми, сильные истории легли в основу фильма. Какие они, Ваши герои?

М.Г.: Когда я слушаю людей в отснятых записях, всегда чувствую их и пропускаю рассказы через себя. Вспоминаю наши семейные истории, которые мне в детстве рассказывала мама. О раскулаченных бабушке и дедушке, о ссылках. В них столько боли и трагедии, мама всегда плакала. Сейчас, на съемках слушая людей, я понимаю, о чем они говорят, я их чувствую, это ощущение у меня из детства.

Рассказы героев не воспринимаются как чужая боль. Когда бабушка на съемках рассказывает, что семье приходилось есть траву, присыпанную солью, мурашки пробирают. Это люди, которые страдали ни за что. Через историю советских немцев мне хотелось показать общечеловеческую боль, которая заполнила все в то время. Но у людей, несмотря на все лишения, была жизнь. Да, было тяжело, но они пытались жить здесь и сейчас.

RD: Всегда сложно начать рассказывать историю. Особенно тяжелую. Как появилось начало «Времени»?

М.Г.: Я много думал над этим. Вопрос «А чем занимались дети в вагонах, когда с родной Волги ехали в Сибирь?» не давал мне покоя. Так родилось начало – детские голоса, безразличный голос контролера и стук колес. Мы писали это в студии. Получившаяся сцена, действительно, дала дыхание фильму.

RD: Максим, а как у фильма появилось такое емкое сильное название?

М.Г.: К названию мы приступили в один из последних этапов работы над фильмом. Это было в июле, перед сдачей фильма. У нас было много вариантов: «Цена времени», «Люди. События. Истории», «Мы свои», «Жизнь после» и другие. В итоге мы выбрали «Время». Алексей во время съемок зацепился за часы, использовал очень интересный прием: одного героя снял через призму часов. Нам это понравилось, и мы использовали этот прием дальше, всюду подмечая часы. Их, действительно, очень много в фильме. Те, что семья депортированных поволжских немцев взяла с собой в Сибирь, те, которые висят в музее. В конце мы снова акцентировали на этом внимание:

«Говорят, время лечит. Даже самые глубокие раны обязательно затянутся, нужно просто набраться терпения и подождать». Такие слова у нас в финале.

RD: Над созданием фильма работала команда. Расскажите о людях, которые создавали эту историю.

М.Г.: Нас трое – сценарист Алексей Любар, оператор Андрей Шаповалов и я, режиссер, Максим Гольдберг. Мы работаем в команде, в которой нет главного человека, есть только мы. Все внесли большой вклад в создание картины, все были от начала до конца. С Андреем мы знакомы уже лет 20. Работаем все в команде почти 7 лет. Первая наша совместная большая работа – фильм «Папа». Идея была Алексея. Фильм мы снимали для футболиста Алексея Смертина.

RD: На «Неделе кино российских немцев» десятки тысяч человек посмотрят Ваш фильм. С какими мыслями и чувствами должны выйти из зала зрители? Вам, режиссеру, как хотелось бы?

М.Г.: Мой главный режиссерский принцип – зритель должен задуматься. Каждый о своем. Кто-то позвонит бабушке, кто-то поговорит с родителями, кто-то задаст себе вопрос, а правильно ли он поступает, кто-то углубится в изучение истории.

Фильм посмотрят не только российские немцы. Среди зрителей будут и русские, и украинцы, и татары, и евреи. Многие народы переживали депортацию. Рассказанная в фильме история – она всеобщая.

Смотрю на некоторые события, происходящие в мире, и думаю: «Мы опять наступаем на те же грабли. Все повторяется. Еще 100 лет не прошло». К сожалению.

RD: История циклична, это так.

М.Г.: И каждому поколению кажется, что оно уникально, что все будет по-другому. Не будет, пока мы не проанализируем и не поймем историю. Тяжелые времена порождают сильных духом людей. Спокойные времена – слабых. Нам, заказывающим доставку готовой еды домой, многому нужно научиться у наших предков. Они невероятно сильны духом. Мы должны знать такие истории. Без них у нас, у страны, нет будущего. Мне хочется показать ныне живущим и будущим поколениям боль того времени. Мы сейчас живем буквально в раю в сравнении с тем, что было 80 лет назад. У нас есть все. Единственное, чего нам не хватает – образования.

Зачастую мы знаем однобокую историю, рассказанную одним человеком. А вот они, люди, свидетели того времени, их послушайте! Они попали в такую мясорубку. Такие людские истории нужно рассказывать, когда тебе выпадает шанс. Вот мы и рассказали в фильме.


«Неделя кино российских немцев» – федеральный проект Международного союза немецкой культуры, осуществляемый в рамках Программы поддержки российских немцев в Российской Федерации – проходит с 14 по 30 сентября в регионах России. Информацию о фильмах-участниках и их создателях, расписание кинопоказов в регионах и ссылки на фильмы для просмотров в режиме онлайн можно найти на странице проекта.

Рубрики: 80-я годовщина депортации, Неделя кино российских немцев

ПО ТЕМЕ
НОВОСТИ
ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ